|
У каждого — своё представление о красоте. Для красоты, к которой стремятся сайхэны, главное — признание зрителей. “Красота становится красотой лишь тогда, когда есть тот, кто её созерцает!” — считают они.
Сайхэны полагают себя наиболее талантливыми, одарёнными эрлани. И это действительно так, но, увы, очень часто сайхэны, уверенные в собственной неповторимости, забывают, что одного таланта мало. Они безусловно умны, общительны, умеют убеждать и очень любят “блистать”. Каждый из них считает себя непревзойдённым мастером в каком-либо “благородном искусстве”: стихосложении, пении, танцах, фехтовании, в ювелирном деле, в дипломатии... В этой стране даже обычный фермер, с утра до ночи работающий в поле, безоглядно верит в собственные “благородные” таланты и, если выпадает свободная минутка, либо играет на свирели, либо вырезает из дерева скульптуры... словом, тоже “творит”. И стоит лишь дать понять, что вы готовы уделить ему толику своего времени, такой “аматор” непременно продемонстрирует вам все достижения своего доморощенного таланта, — часто, увы, весьма сомнительные. В атмосфере соперничества, своеобразного “турнира искусств”, проходит вся жизнь сайхэнов. Материальное, приземлённое, конечно, присутствует в ней (а куда же деваться?!), но ему не придают значения. В обществе не принято рассуждать об урожаях злаковых или о семейных неурядицах: “это пристало какому-нибудь фалдорту, гилтару, буштаргу — только не нам!” Столичная мода и последние достижения гильдийских старшин — вот что волнует всех и каждого! В отдалённых посёлках у путника в первую очередь спросят именно о них: что носят? как причёсываются? о чём поют? и — почём нынче пряности из Шепчущей пустыни? Дело в том, что сайхэны удивительным образом совмещают в своём характере стремление к прекрасному и умение находить общий язык с самыми разными эрлани — разными и по характеру, и по вероисповеданию. При этом нельзя сказать, чтобы сайхэны глубоко понимали психологию собеседников или осознанно “манипулировали” ими, — скорее, этот их талант относится к области врождённых, инстинктивных. В итоге сайхэны умеют и любят вести торговые дела. Разумеется, у всех эрлани есть купцы, но именно сайхэны совершают длительные, подчас крайне опасные путешествия и ухитряются доставлять редчайшие товары на те острова, где на них есть спрос. В первую очередь это касается не “банальных” продуктов питания, а товаров, которые сайхэны считают достойными своего внимания: пряностей, драгоценных камней, редкого оружия, тканей и тому подобного. К путешествиям сайхэнов влечёт не только возможность заработать и увидеть другие страны (как раз к чужим культурам и обычаям они довольно равнодушны), а, в первую очередь, шанс найти “что-нибудь красивое”, необычное, то, чем потом можно будет похвастаться перед сородичами. Сайхэны — страстные коллекционеры, их дома напоминают музеи, где собраны самые разнообразные вещицы. Следует, однако, подчеркнуть, что любовь к красивому у сайхэнов существенным образом отличается от стремления к гармонии у гилтаров. Последние пытаются сделать так, чтобы все элементы в доме складывались в единое целое, чтобы наполнение дома было соразмерным, сбалансированным (на физическом, энергетическом, эстетическом уровнях). Сайхэнов же в первую очередь заботит количество вещей, которые красивы сами по себе; собранные вместе, такие вещи могут являть пример невероятной эклектичности (так капелька мёда или кусочек сахара подчёркивают вкус блюда, но попытка съесть целый горшок мёда надолго отобьёт у вас тягу к нему). Если говорить о магии сайхэнов, её можно назвать в равной степени и эффектной, и эффективной. Для чародея-сайхэна недостаточно просто добиться необходимого результата, ему не менее важен процесс: то, каким образом результат будет достигнут. Поэтому заклинания этих эрлани сопровождаются потрясающими визуальными и звуковыми эффектами, само их зрелище — уже представление, способное поразить воображение даже искушённых, многое повидавших путешественников. Боевые заклинания, таким образом, получают дополнительное преимущество: они отвлекают внимание противника. Сайхэны используют водную стихию во всех её проявлениях: могут вызывать потоки воды, град, снег. Также их могущество позволяет вызывать молнии и оказывать на противника губительное воздействие света. Наиболее талантливые маги сайхэнов имеют возможность непосредственно влиять на разум противника: подчинять, создавать иллюзии, наводить мороки. Благодаря этому маги становятся невидимыми. Также сайхэны умеют противостоять магическим воздействиям. В их арсенале есть и возможность перемещаться в пространстве (телепортация, полёт, переход через призрачный мир). Всё это, как уже говорилось, сопровождается яркими визуальными эффектами, которые сами по себе — ещё одна ступень в магическом искусстве. Такого же принципа соединения эффектности и эффективности сайхэны придерживаются, когда речь идёт о войне. Именно эти эрлани ввели само понятие “боевые искусства”. Разумеется, и другие народы совершенствуют метод ведения войн, однако только сайхэны привнесли в него своеобразную эстетику. Это касается всего: доспехов, оружия, способов объявления войны, пышных военных парадов, показательных турниров... Кому-то такой подход покажется напыщенным, а сайхэны — шутовски наряжёнными, беспомощными глупцами. Однако все их церемонии, перья на шлемах, блестящие латы, сверкающие драгоценными камнями мечи не мешают сайхэнам, когда требуется, ставить противника на место. Что касается государственного устройства, землями сайхэнов управляет орэт`н`адир. Орэт`н`адиру подчиняется совет из полутора десятков наиболее влиятельных представителей крупнейших кланов страны, а также — из старшин крупнейших “высших” гильдий. При этом сайхэны — одни из искуснейших интриганов Рагнезиса, причём в “придворный маскарад” (так называют они между собой искусство плетения интриг) включаются все, от знатнейших представителей совета до их слуг — каждый, разумеется, в доступной ему форме. Религия для сайхэнов — ещё одна возможность проявить себя, “показать граду и миру”. Ни один народ Рагнезиса не может похвастаться столь же помпезными храмовыми обрядами, стольким количеством священных праздников, более пышными жреческими одеяниями или более величественными храмами. Создатель сайхэнов, Аларэнн, с благосклонностью принимает не только молитвы этих эрлани, он разрешает жрецам брать подношения в виде красивых вещиц. Ведь таким образом сайхэны жертвуют самым дорогим, что у них есть, тем, что более всего ценят в жизни. В общем же этот народ в жизни Рагнезиса напоминает причудливого дядюшку, любимца семьи, вздорного, но не бесталанного. Иногда он доставляет неприятности, но без него было бы намного скучнее!.. |
